протоиерей Сергий Клименко

Православие в Таджикистане

(фрагмент интервью)

- Как вы занимаетесь просветительской деятельностью?

- У нас многие люди приходят в храм первый раз, когда их крестят, а второй раз, когда их надо уже отпевать. А в промежутках между двумя этими событиями, может быть, когда-то Господь и сподобит таких людей привести в храм, поэтому миссионерской, просветительской деятельности здесь море. В церковь люди часто приходят не по духовным вопросам, а с житейскими проблемами. Им хочется поговорить, посоветоваться с человеком, может быть, более опытным. Русские люди крепкие, закаленные терпением. Они сами перенесут все трудности, но им нужна моральная поддержка. Поэтому где-то нужно дать им выговориться, что-то посоветовать, сказать, что Господь терпел и нам тоже велел. А в воскресной школе, которая действует при нашем храме, половина детей с таджикскими фамилиями, в основном дети от смешанных браков, хотя есть и чистокровные узбеки и таджики. Очень многие приходят из мусульманства, крестятся, принимают православие, и молодые люди, и люди старшего возраста. Однажды я спросил у парня имя во время причастия, а он говорит "Ахмед", оказывается его батюшка так окрестил в России.

- Наверное, окружающие на них смотрят с удивлением, может быть, даже оказывают на них какое-то давление?

- Конкретных жалоб, что высмеивают, нет, хотя, естественно, эти люди испытывают определенный дискомфорт в своем обществе. У меня даже был такой случай: восемнадцатилетний парень-таджик из кишлака приехал и говорит: "Хочу принять христианство". Я стал ему всячески объяснять: "Пойми, что, когда ты примешь христианство, нужно будет жить по христианским правилам и законам - пойди, посоветуйся с родными". Но в следующий раз он привез целую папку документов: расписки от родителей, директора школы, в которой учился, соседей, что никто не возражает, чтобы он принял христианство.

Мы таких людей сразу не отговариваем, так как опасаемся, чтобы они потом не стали изгоями. Стараемся объяснить, что их может ждать в будущем. Ведь сейчас в соседнем Афганистане любому мусульманину, принявшему христианство, официально уготована смертная казнь. А граница-то с талибами совсем рядом. В другом случае мальчишка-узбек 14 лет тоже просился в православную веру: маме сказал, но папе побоялся - тот бы воспротивился. Так он в течение полугода выстаивал все службы в храме, и в конце концов мы его тайно покрестили. После крещения он все же получил благословение отца, поступил в Ташкентский университет и там же, в местном кафедральном соборе, стал прислуживать во время службы.

- Сколько приблизительно людей, принявших православие, посещает церковь - наверное, не больше десятка?

- Намного больше. В связи с этим даже возникают некоторые проблемы. Например, приходит ко мне мальчик, у которого мать русская, отец узбек, и подает записку, в которой просит помолиться о родителях. Сразу встает вопрос: как нам в православной церкви молиться об Ахмеде и можно ли запретить этому мальчику молиться о своем отце? Я пока беру на себя за это ответственность и молюсь за всех. Да и как я могу не молиться о его отце, если ранее тот отец сам привел сына в наш храм и сказал, что, несмотря на то что он мусульманин, тем не менее сыну препятствовать не хочет - пусть тот крестится. Я хочу этот вопрос поднять на встрече с архиереем в Ташкенте.

- Как, по-вашему, что больше всего привлекает этих людей в нашей церкви, может быть, красота богослужения?

- Им нравятся наши традиции и обычаи, то, что их здесь принимают, как равных. Но мне кажется, что больше всего их привлекает не внешняя, а внутренняя сторона нашей Церкви.

Интервью брал Вадим Удманцев

Опубликовано в: Независимой газете от 25.07.2001

email: umaximov@newmail.ru